MegaЦефалNews (MZN)


Выпуск 169


Времена года

Однажды осенью мне показалось: ничего вокруг больше нет. С другой стороны, мне послышалось, что в мире нет никакого звучания, а есть только шуршащая тишина. С третьей стороны, то есть со стороны обоняния, я почуял, как все запахи растворились в кромешном аромате огня. Этот огонь не был горением, но был огнем как таковым, без начала и без конца.

Осень вышла дивная, золотая, похожая на безграничный восторг ледяного сердца. И это сердце не было раньше горячим; оно не замерзло. Лед был просто льдом, не имеющим иных состояний, он сам не был состоянием вещества, и не был веществом, однако не мог быть и духом, и мыслью, конечно, тоже. Поскольку огонь существовал помимо, лед не мог быть и огнем. Следовательно, это был вечный лед, словно эфир.

За осенью, как обычно, шло лето. Оно бежало, отчаянно торопилось, семенило паучьими лапками, ударялось о посторонние предметы, но не поспевало. Поезд уходил, уходил, уходил.

Летом были праздники, и они тряслись в нем, стучали в янтарном теле шара, как горошины в миске. Многие из них разбивались насмерть, однако, некоторые крепчали и в конце концов прорастали.

Весной на полях нашей планеты распустился душистый горошек. Он витиевато пополз, нежно цепляясь крючьями за поры стен и скальных массивов. Горошек белыми шапиками цветов тянулся к солнцу, которого не было. Ведь зима еще не наступила, солнце не родилось из утробы умирающего ноября, декабря и иных месяцев. Луна с печальной улыбкой глядела на дерзновенные приключения горошка, но не пошевелила и пальцем, чтобы помочь ему. Она была себе на уме. Прекрасно зная о том, что солнце на самом деле не умирало, а только провалилось в мышиный подземный домик, наступив шалости ради на кочку, луна имела полное право удовлетворенно молчать. И в молчаливой улыбке ее мы видели тайну и ключ от тайны, начало и конец, все вместе, в одной шкатулке, сырое месиво знаний.

Потом зима пришла, солнце вылезло, выпуталось из кореньев.

Оно было как труп - позабытый над пропастью во ржи труп, проросший, спокойный, познавший искусство никуда не спешить. Этому ли трупу не знать о том, что времени больше нет. Есть завтра, и есть через год, и все это есть непосредственно сей-час, потому что во ржи спится привольно и сладко, и мыши щебечут о чем-то, и ветер. Так и солнце. Но теперь ему сделалось не по себе. Зрелище ползущих по скалам и зданиям стеблей, несчастное семенящее лето, разбитые праздники, белые окатыши надежд, все это пробудило сострадание солнца. Да, оно было страдающее.

И вот все проснулось, улыбнулось, как череп на склоне, замкнулось. Брызнули искры - длинные, как косы.

Опять была осень. Мне показалось, что это сбор урожая. В золотой стране в саду людей сбор плодов.

 

О красоте и гармонии

Написав позавчера искрометный трактат о красоте, я не сразу понял, что в нем не хватает малости: зерна, которое можно раскусить, дабы познать суть. Дело в том, что я забыл ясно разделить красоту на две. Ведь есть две красоты. Одна - это то, что можно придумать, а другая - это всеобволакивающая слизь.

Задача шпиона - принять красоту, которая есть слизь, в свое сердце, смешать с горячей кровью, оживить, но при этом не умереть насовсем.

Слизь - это красота и гармония в их глобальной форме. Она была, есть и будет. Ее можно взять в свои руки и использовать в качестве материала и инструмента, но прежде потребуется все-таки принять ее в сердце и избавиться от слюнотечения, возникающего на почве обладания такой редкостной и, возможно, дорогостоящей вещью.

Принятие красоты в сердце может повлечь за собой разрыв последнего. Это и подразумевает борьбу - с мечом в руке против Красоты и Гармонии, а также за них, ради того, чтобы не прикрыться щитом опошления и низведения до безопасного уровня, и ради того, чтобы слизь сделалась огнем!

Представить себе красоту - это означает отступить перед истинной красотой, сдать все позиции и укрыться в землянке наркотических красот и иллюзий, пусть они и трижды не-наркотические, и пусть кажутся почти такими-же неизбывными, как сама красота, они происходят изнутри, а этого мало: если сначала внутри ничего нет.

В любом случае, речь ведется об очеловеченной, антропоморфизированной красоте, то есть точка зрения - человеческая. По-сути дела - и я всегда стоял на том, ибо познал Истину, - такие сверхчеловеческие предметы как Красота, Истина, и т. п., не имеют склонности страдать по поводу того, что кто-то их не принял в сердце и не познал. Человеку тоже, по-природе, должно быть безразлично - есть где-нибудь Красота или ничего нет. Однако, человеческое - это слишком человеческое, и потому мы, антифилософы, делаемся шпионами внутри человека, создавая такие условия, в которых благодатное слияние человека и его чистых сверхчеловеческих иллюзий (ну, иллюзий, да, увы, мне очень жаль) оказалось действительно благодатным, и единственно благодатным среди всех возможных слияний.

Таким образом, преодолеть Гармонию - означает победить в битве за свое мягкое и рвущееся по швам человеческое сердце, не подсесть на иглу Красоты, не обмануться коробкой цветных карандашей, и в конечном счете выжить, сделаться сильнее и пополнить коллекцию готового к бою оружия в своей астральной реальной ракушке-ракете еще одним инструментом - Красотой, вернее, тем, что окажется ее эквивалентом в свете человеческого познания.

 

1998

 

Наш кошелек Bitcoin: 19xw3sFQFw7fwHN76yvj38tWA2F8a1a8RT

 

 

MegaЦефалNews (MZN) | Предшествующие выпуски: 600-699 | 500-599 | 400-499 | 295-399 | 195-294 | 93-194 | 0-92

См. тж. Экваэлита, Донна Анна, Candala Media Blog

Анима Нации

 

Гостевая книга MZN

 

These sites are created and maintained by Егорий Простоспичкин, all forms and essence defined 1997-2017