MegaЦефалNews (MZN)

Выпуск 18

Появление мифа - Полдень

Появление мифа

...о стенах. Я наблюдал одно строительство, о чем недвусмысленно сообщил в один из дней августа, смешав в одну питательную массу реальные факты и сверхреальные. 

Мне становится легко и привольно теперь, когда я снова обращаю внимание на раскопки, планомерно ведущиеся у меня под окном. Ведь я нахожу здесь отличный намек на то, что вся суета нашего века, вся его баснословная "ускоренность" - лишь глупая выдумка людей, давно убивших свое собственное время и теперь ненавидящих время, как таковое, желающих ему разогнаться и промахнуться - так, чтобы головой не в тоннель, а чуть правее. 

В действительности человечество никуда не спешит. Ему, в-сущности, на все наплевать. Оно живет и будет жить столь долго, сколь долго будут оставаться в меньшинстве мрачные пророки ускорения, досадные ничтожества, убийцы, сами от рождения мертвые. 

У него нет цели, и у него не должно быть ее. Если цель вдруг появится, то пиши пропало. 

Оно отдохновенно плывет по течению. Или оно плывет против течения. 

У него есть Свобода, это факт. Это - свобода смеяться вослед убегающим, всем стремящимся к финишу, к окончательному торжеству Логики. 

Но вернемся к моей стене. Зачем ее сооружают? Важно не то, зачем и что вообще она из себя представляет, но то, как ее строят и как ее будут впоследствие воспринимать. 

В настоящее время ее вовсе и не строят. Напротив, наблюдается меланхоличное, может быть, даже вальяжное раскладывание бывшей улицы на составные элементы. В течение двух дней, например, разбирался участок тротуара протяженностью около пятидесяти метров. 

Наверное, это от "аккуратности"?! Нет, это не от нее. Германец - не японец; так зачем-же ему быть аккуратным. 

Если вы наблюдаете что-то, сооруженное быстро и в то же время качественно, знайте, что один квадратный метр этого шедевра обошелся в одну среднестатистическую жизнь. 

На нормальной, общечеловеческой строительной площадке царит, как правило, мирная, очень трогательная атмосфера дружбы и взаимопонимания простых, общечеловеческих строителей. Движение начинается в определенный момент, когда подавляющее большинство участников мероприятия сознает невозможность довести его до конца, не прилагая никаких усилий. Налицо аврал. Бешенство! Все мелькает: кирки, киянки! Весело! 

Вот в такие моменты и появляются телекамеры, дабы запечатлеть тружеников и показать всему миру, как следует работать. И рождается миф об ускорившемся времени. 

Обидно, что находятся лабильные субъекты, которые воспринимают мифы всерьез и бегут в пустыню, убоявшись призрака. В пустыне они вступают в поединок с другими призраками. И призраки побеждают. 

Когда-то я работал на строительстве дорог, ведущих в никуда. Это не праздное шутовство, не буйствослов, но действительный факт: большинство дорог сооружается ради самого их сооружения. При этом выкорчевываются деревья, взлелеянные предками, и высаживаются новые, дабы и потомки не остались не у дел, но смогли реализовать свой гениальный план окончательной (во все времена все и вся - окончательно) реконструкции родной планеты. 

Моя работа состояла в слежении за местностью на предмет неурочного появления бригадира, геноссе Рейсса...

Полдень

На солнце горит снег, как черт знает что. При ближайшем рассмотрении он оказывается субстанцией искуственного происхождения, а свет, преломляемый в нем, исходит из цилиндрического сосуда под потолком. Потолок высок и рельефен. Стены задрапированы кремовой тканью, которая гасит звуки и действует также и против возбуждения психической активности. 

Это зал. На сцене выстроены полукругом простые деревянные стулья без спинок - табуретки. На каждой табуретке сидит субъект с номером на груди. Номера исключительно четные. 

Знаменитый гипнотизер Рауль Карлос Ильич в белом халате обходит участников эксперимента и проверяет пульс, а также внимательно заглядывает в лица. При этом он не совершает ни пассов, ни каких-либо иных движений, но, напротив, крайне собран, вероятно, ощущая ответственность. 

Время от времени к краю сцены из зала подбегают дети с цветами. Они пытаются привлечь внимание гипнотизера, но тот отрешен и ничего вокруг себя не замечает. Дети карабкаются на сцену, а сотрудники Охраны сталкивают их. С гневом и возмущением родители оскорбленных малюток скандируют провокативные лозунги крайне правой направленности. Но до рукоприкладства не доходит, потому что многие испытывают подсознательный страх перед Раулем Карлосом, который, по-слухам, способен усилием воли спровоцировать либо торнадо, либо землетрясение. Другие, которым наплевать на слухи, робеют перед телекамерами, отлично сознавая, что за всем происходящим следят миллионы глаз. 

Гипнотизер кладет руку на плечо одному из сидящих. Тот вздрагивает и медленно открывает рот, чтобы произнести свое слово. 

-Ради всего святого, молчите! - В ужасе восклицает гипнотизер, внезапно побледнев. От его проницательного взгляда не ускользает болезненный блеск в глазах испытуемого. Ни в коем случае нельзя позволить ему говорить в таком состоянии. Этим он только усугубил бы свой недуг. 

В это время из-за кулис выезжает портативный трактор. 

"Странно, - думает гипнотизер, - откуда здесь взялся трактор? Неужели это я его создал, так сказать, сотворил из материи направленного на меня любопытства?" 

Он еще не знает, что трактор положен по сценарию. Да, сам Рауль Карлос делается беспомощной марионеткой в руках Провидения, которое и ставит этот спектакль по мотивам нереализованных грез... 

Тучи сгущаются и тяжелеет воздух в зале. Многие предчувствия судорожно носятся под потолком, подобно стае тропических лихорадок. 

Гипнотизер с улыбкой обращается к зрителям: 

-Друзья мои! Я попрошу вас встать и взяться за руки! 

Все встают. 

-На счет три попытайтесь разъять руки! Вы будете удивлены и даже напуганы, потому что не сможете этого сделать! Словно некие путы свяжут вас воедино; вы сделаетесь одной цепью, а потом я прикажу моим незримым помощникам пропустить через эту цепь электрический ток, порядка десяти тысяч вольт. И вы вмиг проснетесь! 

-А что будет потом? - Спрашивает какой-то смельчак. 

-Когда вы проснетесь, то увидите, что никакого зала вовсе и нет. И нет реальности. Нет ни мира кажущегося, ни истинного! 

-Все распадется? 

-Нет, просто все вернется на круги... Итак, раз, два, три! - Рауль выкрикивает последние слова в пустоту, ибо вдруг оказывается один. Нет ни зала, ни мира кажущегося, ни истинного, а есть только знаменитый Рауль Карлос Ильич, как объективный эквивалент субъективного комплекса своей минувшей личности. 

В зале поднимается ропот. Только что смолкли последние слова, и вот - сцена пуста и безмолвна. С изумлением переглядываются испытуемые. Люди в зале бьются в судорогах, ведь ток пущен. Однако Рауль Карлос исчез, не успев дать сигнал к окончанию действия, и потому оно, соответственно, не оканчивается. 

Проходят часы. Зрители так и стоят, как их поставили, взявшись за руки, и бешено извиваются. Телекамеры тоже извиваются. Телезрители лезут на стену, но ток настигает их. Он выползает на улицы и течет, как каша, а горшочек незрим и нет никого, кто совладал бы с этим Источником.

С этого дня планета закрыта: все ушли в себя.

 

6 Сентября 1997

 

 

 

MegaЦефалNews (MZN) | Предшествующие выпуски: 600-699 | 500-599 | 400-499 | 295-399 | 195-294 | 93-194 | 0-92

См. тж. Экваэлита, Донна Анна, Candala Media Blog

Рога Изобилия

 

Гостевая книга MZN

 

These sites are created and maintained by Егорий Простоспичкин, all forms and essence defined 1997-2017