MegaЦефалNews (MZN)



Выпуск 238


 

Времена суток и Проблема Дракона

Почему надо бодрствовать ночью, а погружению в сон подвергать себя исключительно в светлое или дневное время суток? - Спрашивают нас.

В-первую очередь, следует уточнить, что дневное и светлое времена - это не одно и то-же. Смешивать эти вещи было бы равносильно совершению тяжкого преступления.

Во вторую очередь, следует заметить, что вовсе ничего не надо.

Каждый человек, задающий вопросы, касающиеся надобности или целесообразности какого-либо действия, не стоит ломаного гроша, и ему следует зарубить на носу: ненужность человека как такового упраздняет все заботы, если они не попадают под определение основной человеческой заботы, а именно, расчеловечивания.

Да, в процессе расчеловечивания время суток может иметь значение, но может и не иметь его. Та таинственная цепь из двенадцати звеньев, соединяющая один день с другим в полночь, может оказаться полезной, а может и не оказаться.

Любопытный нюанс в том, что нерожденные люди воспримут с энтузиазмом любые слова: слова о пользе ночного бдения и о пользе дневного; из чьих бы уст они ни происходили. Так-же, как они неспособны видеть испытания, подготовленные нами человечеству без умысла, но действенные в аспекте выявления дракона, подлежащего заключению в треугольник, и в иных аспектах, точно так-же они не подвергают проверке и любые утверждения, поскольку их и нельзя ей подвергнуть, не уничтожив прежде грань очевидного и не заключив дракона в вышеназванную геометрическую фигуру.

Нюанс с драконом есть следствие конструктивных особенностей мира. Дело в том, что, как неоднократно доказывалось, мир человека подобен шару. Стенки шара изнутри тонированы и отражают свет, они почти зеркальны. Это называется гранью очевидного, кисеей таинственности и под этим понимается стекло, сквозь щель которого нужно пройти. Есть в стенках шара и игольное ушко и многие другие проемы, но их немного. Главной особенностью кисеи стенок шара является их фактическая мнимость. Человек, находящийся в центре, испытывает ужас перед бесконечностью, перед пустотой, которой "за пределами зримого мира" нет границ, и по этой причине он позволяет своему сознанию генерировать успокаивающие видения четко означенной кисеи. (Неспособность рассудка функционировать, и одновременное нежелание признавать эту неспособность, жалкое сопротивление превосходящей силе тому виной). Поскольку стенки зеркальны, человек видит свое отражение. Но они сферичны, и потому изображение искажено, во-первых, а во-вторых, местом расположения отражаемого, дефинируемым на основе анализа отражения, в любых ситуациях остается "центр". (Созерцаемое изнутри шара отражение как нельзя лучше способствует укреплению мании человеческого величия; если вы никогда не глядели на отражение изнутри шара, то проведите эксперимент: вы не увидите ничего, кроме себя - повсюду) С драконом ситуация очень сложная, потому что нет ситуации, которая была бы проще и понятнее. Воистину он пребывает по ту сторону грани очевидного и не представляет для нас ни угрозы, ни является врагом. Увидеть истинную пасть дракона и познать его дыхание, тождественное благодати, можно только в случае выхода за грань очевидного. Однако, поскольку кисея полупрозрачна, части дракона могут быть рассматриваемы из "центра", а поскольку заблуждающийся полагает, что грань очевидного - это грань всего, части трактуются как находящиеся внутри, более того - за спиной наблюдателя или "под ним", в "преисподней", откуда они и тянутся, подобно щупальцам или стаям чертей. Учитывая то обстоятельство, что внутри сферы очевидного все является заблуждением и материализованной галлюцинацией (любая галлюцинация материализуется и всякая мысль претворяется в реальность моментально), не удивительно, что и кажущиеся находящимися здесь внешние части являются настоящими, существующими именно здесь. Отделенность-же их от тела Дракона приводит к безусловной инверсии всех аспектов и превращению частей в негативные (в смысле "плохие") инфернальные формы, могущие поглотить галлюцинатора, то есть человека. Под этим человеком или галлюцинатором понимается расчлененный человек. Он сам - одна из частей внешнего дракона, но в то-же время, он больше дракона: сам человек и есть все то, что пугает его, пока он не осознает, насколько испуг сий или ужас обусловлен ложной самовлюбленностью, влюбленностью в отражение усеченных частей и привычкой к их послушному созерцанию. Направленное снаружи вовнутрь бесстрастное и ни к чему не обязанное вожделение высшего сознания ожидает (вернее было бы сказать, готово ко всему, и к этому тоже) волевого усилия со стороны человека. Когда усилие осуществляется и подтверждается как независящее от временных факторов, делается возможным устранение поверхности сферы и человек оставляет свою форму отражения, равно как и все возможные формы отражений, мнившиеся ему единственно реальными. Тот-же, кто попытается нелепо воздействовать на дракона, не разрушив грань очевидного, обречен на пожирание не потому, что дракон сильнее или разумнее, а потому, что, во-первых, сфера и без того пребывает в его пасти (не брюхе), а во вторых, оптические обманы могут плодиться сколь угодно долго и с любой удобной для человека (ибо он хочет, чтобы они плодились: ему надо иметь внутреннего, почти понятного и обязательно могущественного врага/друга) интенсивностью. Посему драконы обычно изображаются многоголовыми и головы их отрастают заново, если их отрубить (есть только одна основная голова, отрубив которую, можно одержать победу над драконом; это описывает суть уничтожения стенок сосуда мира). Иллюстрация замечательно репрезентирует схему одержания победы над драконом. Это такое явление, что победитель не должен прикасаться к нему руками. В бок дракона впивается собака, которая столь-же материальна, как сам дракон. Герой пребывает свыше грани очевидного. Он внял зову Невесты (похищенной драконом из сада, где она собирала цветы) и она теперь пребывает на той-же вершине, превыше грани. На других иллюстрациях схватка с драконом отображается иначе, и они иллюстрируют действия человеческой ипостаси Героя. Он вонзает меч непосредственно в пасть дракона, то есть уничтожает грань очевидного, но не борется с тенями и отражениями. В целом, легенда подробно описывает ход работы по уничтожению грани и дает инструкции в предельно открытой форме.

В связи с драконом можно отослать читателя к труду Е. П. Блаватской, наименованному "Теософским Словарем". Дракон описан предельно сжато и однозначно. Серьезным и даже преступным недостатком определения является намеренное умалчивание разницы между драконом внутри мирового шара, то есть сугубо вредным драконом, и драконом истинным (тоже своеобразно вредным). Со свойственным ей остроумием, Блаватская смешала драконов, тем самым сокрыв мотивацию для борьбы с ними. Заметим, что Аполлон солнечен и человечен. Тот, кто, убивая дракона, думает, что он уже не человечен, но сугубо солнечен (вместо того, чтобы ясно осознавать, кем и во имя чего осуществляется борьба с драконом, а осуществляется она, в-первую очередь, во имя объединения микро- и макрокосма), тот будет пожран и станет тем драконом, который заключен в Нуле-22, в отсеченном от влияний и замкнутом рассудке человека, не являющегося по природе своей разумным, но полагающего, тем не менее, свою ограниченность весьма и весьма перспективной, а также достойной почитания.

Пагубные последствия какого-либо сотрудничества с внутренним (внутри сферы очевидного) драконом для всякого человека, не уничтожившего грань очевидного, объясняются полным отсутствием у этого человека понимания природы дракона - человек думает (в лучшем случае; а обычно человек ни о чем не думает, кроме себя), что дракон является лишь тем, чем он является сию минуту, хотя он не является чем-либо ни в сию минуту, ни в какую иную, и формы являются лишь формами, но, не будучи самим драконом, они все-таки являются также и им, как они и неявляются им, являясь материализациями эманирующего бессознательного несчастной жертвы. И материализация достаточно материальна для того, чтобы пожрать человека, для которого она таковой является априори и апостериори.

В свете вопроса, вынесенного в заголовок, можно добавить, что ночное время суток удобнее для борьбы с драконом - как с мнимым, так и с истинным. Ночью грань очевидного истончается и вы можете раз и навсегда уничтожить ее, то есть завершить битву с мнимым драконом, чтобы приступить к исследованию истинного и разоблачению его как очередной лжи. В то-же самое время, ночью плодятся и формы дракона, порожденные вашим воображением, в связи с чем появляются так называемые черти и иные существа, играющие в жизни человека роль его пожирателей, а в жизни дракона, которого нет, роль зубов, которых тоже нет.

 

1.10.1998 era vulgari

 

Наш кошелек Bitcoin: 19xw3sFQFw7fwHN76yvj38tWA2F8a1a8RT

 

 

MegaЦефалNews (MZN) | Предшествующие выпуски: 600-699 | 500-599 | 400-499 | 295-399 | 195-294 | 93-194 | 0-92

См. тж. Экваэлита, Донна Анна, Candala Media Blog

Десять альбенят

 

Гостевая книга MZN

 

These sites are created and maintained by Егорий Простоспичкин, all forms and essence defined 1997-2017