MegaЦефалNews (MZN)



# 581

 

Укрепление Дахомы

 

В 1972 году судьба свела меня с необычайнейшими людьми, о существовании коих на сегодняшний день практически ничего не известно, и сам я оставался бы в неведении об этой группе, если бы не преждевременная смерть моего отца и не развернувшиеся вслед за ней политические интриги против меня, вследствие которых я вынужден был скрываться в деревне, отрастив густую бороду и изменив голос, снабдив его специфическим французским акцентом, благодаря которому сельчане принимали меня за прибывшего из ЮАР члена группы известного путешественника Жака Ива Кусто. По счастью, мне не пришлось менять моего имени, лучшим образом подходившего для конспиративного имеджа "африканца французского происхождения".

В то время как мой двойник, едва справлявшийся со своей ролью, навязанной ему моими политическими оппонентами, перенял бразды правления от почившего отца, я коротал дни за азартными играми, наркотическими оргиями и прогулками по побережью, во время одной из которых, когда меня сопровождала Железная Марта, коее прозвище получившая за красноватый отлив своей кожи, между нами завязался полный недомолвок и латентного эротизма разговор на оккультную тематику, ведь мне, проведшему большую часть своей жизни вдали от народа, приходилось слышать интригующие, но не принуждавшие меня углубляться в суть проблемы, донесения о бытовавшем в низших слоях населения синкретическом колдовском культе, и хотя я самолично присутствовал, и не единожды, на помпезно устраивавшихся отцом "богослужениях" с участием "высокопоставленных" адептов культа, мне таковой представлялся отчасти фарсом, от другой же части понятным методом преодоления простым человеком невзгод реальности, от которой необходимо было убежать в фантастические представления.

-Жан Клод, - сказала Железная Марта, - а известна ли тебе история этого "синкретического" культа, при упоминании которого появляющейся на твоем лице пренебрежительной улыбки не скроет даже густая борода, растущая на твоем подбородке и покрывающая щеки, а также верхнюю губу, где называется усами, которые щекотали мой нос?

-Признаюсь тебе, Марта, что мне мало что известно о вашей вере, поскольку в стране, заслужившей право называться моей родиной, практикуются другие, в чем-то столь-же нелепые для меня суеверия. Я буду, однако, весьма признателен, если мне укажут на некоторые нюансы религии ваших предков, которые смогли бы развернуть передо мной картину настолько ошеломляющую, какой никогда не оказалась система религиозных убеждений европейцев, для которых я, впрочем, всегда оставался чернокожим и, как это кратко формулируют немцы, "Spassvoegel".

Марта улыбнулась, покачала головой и скрестила руки на груди.

-Существует поверие, согласно которому, белый человек, называвший тебя "Spassvoegel", произошел от обезъяны, сбежавшей с древнего жертвоприношения наших предков.

-Когда я жил в Париже, - соврал я, - мне приходилось что-то об этом слышать.

-Мы всегда жили здесь, отсюда началось творение мира, здесь находится и по сей день примордиальный алтарь, от которого сбежали белые люди.

-Ты имеешь в виду, здесь - на острове?

-Я имею в виду здесь, почти рядом с деревней. Об этом месте мало кто слышал. Мы называем его Укреплением Дахомы.

-Я думал, что образ Дахомы в культе имеет исторические корни...

-Это ложная история, разработанная нами для внешнего Укрепления Дахомы.

-Ты имеешь в виду, что, согласно вашей доктрине, ваш первопредок разработал экзотерическое учение, должно ввести в заблуждение непосвященных?

-Ах, если бы это было так! - Рассмеялась Марта и положила руки на бедра. - На самом деле вся мировая история умещается в период жизни одного поколения. Когда я была девочкой, истории еще не было и существовало только двенадцать тысяч негров.

Я лишился дара речи, ошеломленный неожиданным известием, радикально переворачивавшим все мои представления о мире и времени, а Марта, смерив меня проницательным взглядом, продолжала полушепотом:

-Но не все из двенадцати тысяч ныне осведомлены о том, что они были изначально. Понимаешь, после разработки истории Карина и Самаэль оставили подле себя в Укреплении Дахомы только сто сорока четырех посвященных, остальных же назначили надзирателями над Мировой Историей, лишив их полной памяти.

Шквал информации почти физически ударил меня и я невольно опустил голову. В моей голове роились вопросы, каждый из которых по своей важности мог рассчитывать на то, чтобы быть высказанным в первую очередь.

-Ты, Жан Клод, - говорила Марта, не обращая внимания на мое самочувствие, - ныне избран для возвращения в Укрепление Дахомы. Совет Ста Сорока Четырех принял такое решение. Следуй за мной.

Она резво побежала прочь от моря и скрылась в джунглях, а я постарался не отставать от нее. Спустя полчаса бега сквозь непроходимые заросли Марта остановилась и, полуобернувшись, дала мне время отдышаться. Сама она казалась нисколько не утомленной.

-Твоя ошибка, - скептически сообщила она, - состоит в том, что ты принимаешь окружающее тебя за чистую монету. Если бы ты знал, что заросли виртуальны, более того, что они находятся на вспомогательном уровне реальности, нужном лишь для обеспечения комфорта исторического человечества, то не затруднился бы проходить сквозь них. Посмотри, разве ты видишь в моих руках мачете или находишь мой вид пострадавшим от соприкосновения с колючими ветвями?

Я окинул Марту взглядом и отрицательно покачал головой. Марта сбросила платье, развернулась и, не двигая ни одним мускулом, поплыла над землей вглубь чащи, причем заросли, сквозь которые она проходила насквозь, нисколько не колыхались и не оставляли в себе прохода, сквозь который я смог бы бежать за Железной Мартой. Собравшись с духом, я наклонил корпус вперед, зажмурил глаза и бросился прямо в колючие сплетения ветвей.

-Вот видишь, - пристально глядя на меня неожиданно черными, словно бездна лежала за ними, глазами, сказала Марта спустя некоторое время, - джунглей на самом деле не существует. Ты избран Советом и потому уже можешь инстинктивно оперировать незапятнанным знанием реальности. Кстати говоря, мы уже почти достигли цели. Когда войдем, веди себя так, как подсказывает телеологический инстинкт. Карина Нигера Мортифера находится в центральном зале и сейчас ждет нас.

"Мортифера? - Подумал я. - Как будто уже где-то слышал. Похоже на латынь."

-Действительно, - кивнула Марта, - имя латинское, потому что ты его таким слышишь. На самом деле это происходит потому, что ты хорошо знаешь латынь, а если бы знал какой-нибудь другой язык, то услышал бы по-другому. Это является так называемым высказываемым именем, наподобие того, какое имею я и ты, Жан Клод.

Она махнула рукой и перед нами за деревьями выросла темная каменная стена, задрав голову, не увидел я верхней кромки коей, но заметил, что стена теряется в облаках.

-Стена бесконечна во все стороны. - Объяснила Марта. - В противном случае Укрепление было бы преодолимым, чего не может быть в принципе.

Я согласно кивнул и мы вошли в небольшие ворота, раскрывшиеся в стене. В холле вдоль стен стояли высокие чернокожие, немигающим взглядом глядевшие прямо перед собой.

-Это Святые, члены Совета Ста Сорока Четырех. Они являются прототипами в том числе и христианских святых.

-Я так и думал. - Пробормотал я, не в силах отделаться от впечатления, что Советники наблюдают за мной, хотя внешне и не выдают этого. Они были примерно трехметрового роста, у каждого была одна рука с инструментом. Я разглядел серп в руках одного, у другого-же увидел ключ, у третьего...

-Скорее, сейчас не время пялиться на них! - Подтолкнула меня Марта. По пути через коридоры она объяснила, что Советники являются ультимативными принципами, не нуждающимися более чем в одной руке, так как вся полнота их призвания укладывается в одной, а от необходимости совершать посторонние ненужные действия, для которых нужна была бы вторая, они избавлены.

-Гаити, - неожиданно сказала Марта, - является Земным Раем. На острове рассредоточены отборные отряды первичных Двенадцати Тысяч. Проникнутость духом ортодоксального Вуду всякой сферы жизни, пренебрежение мирским и общечеловеческим, делает остров оплотом архаического мировоззрения и Внешним Укреплением Дахомы.

Сказав это, она ногой распахнула массивную дверь и мы очутились в высоком зале, центр которого занимал массивный каменный алтарь с тончайшим орнаментом и инкрустацией столь причудливой, что камень казался живым.

-Это и есть Карина Нигера Мортифера... - Вырвалось у меня. Марта покосилась и ничего не ответила. Она решительно подошла к алтарю, развернулась и поманила меня указательным пальцем. Я подошел.

-Влезай наверх алтаря. - Приказала она. Я подтянулся на руках и оказался на крыше камня, где обнаружил самосветящийся, выложенный драгоценными камнями, круг, в который и вошел, поняв, что именно это и требуется сделать.

...и торжественно клянусь носить эту высокую правительственную награду с честью, олицетворяя собой воплощение идеалов энтропии и стагнации.

-Хорошо. - Пророкотала Ночь.

Самаэль инфракрасно светился, глядя шестнадцатью глазами в обратную сторону, его пасть была настолько огромна, что не возникало и мысли о том, что ему, при всем желании, стоило бы размениваться на мелочи, глотая одно отдельно взятое живое существо, стоявшее у него на ладони, на расстоянии ста тысяч световых лет от его лица, над ажурными лесами бездны, механически вибрировавшей в чудовищной глуби и повсюду производившей модуляции персонификаций и самосознаний, внимавших словам Жана Клода...

Я вылез из колодца зимою и в изнеможении привалился спиной к каменной кладке. Марта тревожно и терпеливо глядела на меня. Ее, в другое время почти иссине белая, кожа казалась темно-розовой на фоне ослепительной белизны снега. Она успела скрыть наготу и теперь была одета по сезону в соболиную шубу.

-Сейчас время Люперкалий. - Объяснила она, дождавшись моей готовности разумно внимать. - Шуба репрезентирует волчий наряд. Мы опасаемся использовать оригинальные шкуры волка, опасаясь мести Рима. Представь себе, они считают, что обладают эксклюзивным учением о Люперкалиях. Лапландия является Земным Раем, Внешним Укреплением Норда, поэтому методы нашей организации являются в подавляющей мере партизанскими и мы избегаем прямой конфронтации с властями.

Я молча кивнул. Неожиданным образом инициированная Железной Мартой беседа на прогулке, которой могло бы и не состояться, прими я давеча приглашение оленеводов отправиться вместе с ними на южные пастбища, прояснила мой взор и открыла новое видение вещей, дала импульс решимости и я с почти физической болью ощущал тяготу бездеятельности, ставшей моим уделом после эвакуации фюрера на Венеру. Я понял, что германские племена по сей день возлагают надежду на его сына, томимые тяжким игом цесаря, но остается, быть может делом нескольких лет, даже месяцев, пробуждение разочарования в них и природной неприязни, разбуженной деятельностью моего двойника, ставленника римлян, и тогда основного преимущества на нашей стороне не останется, а Нордическая Идея перейдет к плану герметизации, элиминации и эвакуации Двенадцати Тысяч Гиперборейцев, что противоречит телеологии разработки мировой истории.

 

Наш кошелек Bitcoin: 19xw3sFQFw7fwHN76yvj38tWA2F8a1a8RT

 

 

MegaЦефалNews (MZN) | Предшествующие выпуски: 600-699 | 500-599 | 400-499 | 295-399 | 195-294 | 93-194 | 0-92

См. тж. Экваэлита, Донна Анна, Candala Media Blog

Хлеб (Словарь Суккубов)

 

Гостевая книга MZN

 

These sites are created and maintained by Егорий Простоспичкин, all forms and essence defined 1997-2017