MegaЦефалNews (MZN)



# 593

 

Открытие Циркулятуры

 

-Семь тысяч лет, - сказала она, а чуть помедлив, но не для того, чтобы найти нужные слова, а по причине личного характера, продолжила: - в течение семи тысяч лет я могла, при желании, похвастаться тем, что являюсь пленницей мира, подобного тому, который ныне известен как этот. Вот этот.

-Ты имеешь в виду мир людей? - Переспросил я, чтобы выиграть время, требовавшееся мне для того, чтобы переварить потрясающую новость, приоткрывавшую завесу тайны, по ту сторону коей утаивала Эшвастраэль так называемые вторичные или образованные совместно с образующимися обстоятельствами истоки некоторых присущих ее характеру поведенческих черт даже от самых близких друзей или считавшихся таковыми. Я не мог не признаться себе в том, что мгновенно спала и с моих очей та магическая завеса, естественным образом дублировавшая по мановению ресниц этой мудрой женщины ее собственную и вынуждавшая видеть определенные вещи очевидными, не видя других, коих данная очевидность была призвана сокрыть.

Возможно, при других обстоятельствах мне было бы нелегко согласиться с самоей возможностью подвержения моего разума столь неприхотливой магии, с тем, что кому-либо удалось скрыть от моего взгляда хотя бы малую букву скрижали бездны, продемонстрировав отвлекающий узор, и с тем, что я невольно воспринимал эту часть своей точки зрения при всей странности и недосказанности ее как данность, не утруждая себя проверкой. Теперь я, напустив непроницаемость на взгляд, смотрел на поддельные буквы и удивлялся тому, насколько они непохожи на оригинал, будучи всего-лишь точными слепками с него, не гомогенными с основой и рассыпающимися в горькую пыль, будучи от нее отделенными.

Третьего века моей жизни, когда, по-традиции, я торжественно отмечал первое омовение во вторых водах первозданного Хаоса, мне преподнесли в подарок амулет, на котором изображены восемь лошадей, что служили детектором гармонии праедестинаций. Каждая изображенная лошадь могла менять цвет на противоположный, и если все восемь становились черными, это было благоприятным знаком.

-Да, - кивнула Эшвастраэль, покосившись на разложенные передо мной карты, - я имею в виду именно его, когда позволяю себе сравнение. В подобном ему я была заточена до скончания веков и должна была перерождаться там раз за разом, с каждым новым циклом опять являя жалкое состояние мое довольному взгляду врагов и служа избитой притчею во языцах их, для врагов их наглядным пугалом, а для друзей одним из приятных времени провождений в галерее фабрики звезд.

-И чем же занималась ты все эти годы? - Спросил я, цокнув языком.

-Все семь тысяч лет я раздавала Силу направо и налево. - Эшвастраэль беззвучно рассмеялась, обнажив острые зубы, а затем откинулась на подушки и блестящими очами томно воззрилась в потолок, всем своим существом выражая удовлетворение. Я не прерывал ее молчания, понимая, что воспоминания ее приятны, а мысли, текущие в этой справедливо вселяющей ужас и необузданное вожделение голове, сродни креативному логосу, порождающему сию минуту миры, величие коих и слава разнесется на тысячи измерений в обе стороны, чтобы им тотчас быть уничтоженными закрытытием слога непроизносимого.

-Одну - уж не помню, первую или последнюю - тысячу лет, - она резко выпрямилась и уставилась на меня немигающим взглядом, - я обучала собаку человеческой речи.

-Собаку? - Переспросил я и присоединил свой взгляд к ее, сгорая от любопытства. В месте встречи взглядов появилась фотографически точная копия того места и времени, которые упоминались.

Вечерело и в сгущавшихся сумерках терраса тонула во мраке. Приятная тень, дарившая знойным полуднем прохладу, сейчас сохраняла многообещающе, как в утробе, это укромное место. Но вот зажгли светильники - я видел удаляющиеся фигуры, закутанные с головы до ног...

-Мои тюремщики, - шепотом прокомментировала Эшвастраэль. - Они кутались в плащи не потому, что желали или должны были сокрыть свою внешность. Просто у них не было тел.

Тюремщики удалились, оставляя нас наедине с этим местом, исполненным пьянящими ароматами и стрекотанием цикад. Спокойные отблески легли недвижимо на густую тяжелую листву, а на каменном полу тени едва колебались. Одна из них коснулась края каменной лежанки, украшенной по периметру резными цветами. Вбежал Барсик - я сразу узнал его - это был золотистый ретривер, впоследствие найденный мной за гранью космических циклов. Естественно, мне не потребовалось пересекать ее и уже начавшего распадаться на вечные жизни пса я выловил, не повредив при этом когтей, но умолчу о том способе, который мною был применен.

-Они мстили всем, кто так или иначе соприкасался со мной. - Покачала головой Эшвастраэль. - Несчастный Барсик не растворился даже в запредельном Ничто. Никто не ведает, как долго он там странствовал и что ему довелось пережить.

-Такова судьба многих великих адептов, получивших Силу. - Я постарался приободрить ее, видя, как она болеет за Барсика. Тем временем, пес обошел террасу, принюхиваясь к теням, и привычно опустился подле лежанки в позе сфинкса, а по истечении минуты опустил морду на передние лапы, однако не сомкнул глаз.

Движениями хвоста он предупредил нас о приближении хозяйки. Даже в человеческом обличии Эшвастраэль была преисполнена характерной благородной красоты, выдававшей высокое, очень высокое происхождение и заставлявшей невольно робеть в ее обществе те плеяды избранников, близких и дальних друзей, первых и последних встречных, высокопоставленных особ и уличных мальчишек - всех тех, при условии конструктивного сотрудничества которых становилось возможным сносное существование в веках. Цвета августовской пшеницы волосы девушки струились и достигали смуглых плеч, удачно контрастируя с кожей. Она опустилась на колени перед продолжавшим махать хвостом псом и возложила ладони на его спину. Пес замер и его тело окутал огонь. Каждая шерстинка на нем встала дыбом и он заскулил, но в глазах его блестело безумие...

-Хватит. - Твердо произнесла Эшвастраэль и отвела взгляд. Видение исчезло. Я поднес к губам миниатюрную чайную чашку.

-Каждый вечер, - задумчиво сказал я, - на протяжение тысячи лет ты давала ему Силу.

Эшвастраэль утвердительно кивнула и щелкнула пальцами, призывая слугу. Тот вбежал, глядя прямо перед собой и, как могло бы показаться несведущему, вовсе не замечая нашего присутствия.

-Эй, мужик! - С нарочито развязной интонацией протянула Эшвастраэль. - Сахару!

Слуга молниеносно исчез и вернулся с серебрянной сахарницей, которую Эшвастраэль грубо выхватила из его рук.

-Ступай! Мужик, ступай, ты нам больше не нужен. - Приказала она. Не проронив ни звука, слуга покинул помещение. Лицо Эшвастраэль излучало гнев. Багряные от крови зубы угрожающе показались из-под верхней губы. Я догадался, что до появления слуги она выпустила немного яду и проглотила его, чтобы отрыгнуть остатки обеда.

-Никогда не знаешь, подслушивают-ли тебя под дверью. - Процедила она, прежде чем немигающе уставиться на сахарницу. - Лучше напугать, чем оставить вовсе без наказания даже и невиновного.

Я согласно кивнул, следя за ловкими движениями ее пальцев. Длинными когтями она хватала кристаллики сахара и складывала их один к другому, покуда в воздухе не появилась составленная из двух треугольников и круга фигура.

"Циркулятура гексаграмматона..." - Одобрительно промелькнуло в моем сознании.

-Равна сингулярности половины фигуры шодаши. - Одними губами закончила Эшвастраэль. Передо мной уверенно выстраивался один из самых трансцендентальных субгравитонных переходов, один из тех, которыми в рабочих целях пользуются члены президиума Высшего Совета. По моей спине пробежали золотистые мурашки вторичной субгравитонной инверсии. Закрепив последний кристалл, Эшвастраэль победоносно посмотрела на меня. В течение нескольких секунд я не понимал, чего в действительности она хотела этим сказать, но взгляд поведал мне полноту перспективы.

-До твоего заключения, - переспросил я, - ты ведь не занимала высокой должности?

-Нет, - почернев от удовольствия, согласилась Эшвастраэль.

-Значит, ты вспомнила... Но это невероятно! - Мало кому удается вспомнить детали предшествовавшего Великого Цикла. Это несравнимо с воспоминанием тысяч, десятков тысяч Циклов. В период Великого Уничтожения все конструкции и системы фактически аннулируются, что делает их воспоминание невозможным. Существование начинается заново, с совершенно чистого листа, заново прочитывается самая первая скрижаль бездны и существа появляются из ничего, чтобы ничего (в сравнении с бесчисленным множеством последовательностей Циклов предшествовавшего Великого) не изменить в устроении самих себя и мира, но в то-же время и не повторить, ведь имманентное незнание есть гарант неповторения, что отличает начало Великого Цикла от начала любого Цикла, когда прочитывается только вторая скрижаль и абсолютная новизна обеспечивается Законом, который, однако, остается прежним, а не появляется первым. Единственная возможность сохранить персональный зародыш состоит в том, чтобы перейти из последнего Цикла сразу во второй Цикл следующего Великого (в первом его Цикле изначальной эманацией примордиальной Дремы является примерный Закон и ничто, ни при каких обстоятельствах не может появиться до него, а после него что-либо может появиться лишь при его участии), и это осуществляется посредством другой циклической системы, первый цикл которой не совпадает с первым циклом актуальной на данный момент.

-Ну это я еще не все вспомнила. - Неожиданно вульгарным извиняющимся тоном призналась Эшвастраэль и взмахнула руками. - Но я над этим работаю.

Я покачал головой.

-Этот портал... - Я вопросительно кивнул на сахарную циркулятуру гексаграмматона.

-Теоретически, он ведет во второй Великий Цикл. - Уверенно кивнула Эшвастраэль. - Но на практике... ну, ты сам подумай, что к чему.

Циркулятуры было достаточно, чтобы избавить идущего от относительно длительного перемещения через конвенциональные порталы, перемещения, которое могло быть небезопасным и требовало отличного знания вселенской географии, по-меньшей мере способности ориентироваться в отчасти иллюзорных условиях каждого из субгравитонных протомиров, которые пришлось бы пересечь, а количество таких рассчитывается просто - при условии кратчайшего пути оно равно качеству того из обоих миров (исходного и целевого), которое раз навсегда обозначено в скрижалях бездны как более высокое.

"Полная Циркулятура Гексаграмматона равна половине фигуры шодаши." - Подумал я, глядя на портал. - "Почему нам требуется что-то сделать, прежде чем это понять? Наверняка я узнаю, почему, если посоветуюсь со скрижалями."

Под цепким взглядом Эшвастраэль дул ветер и нефритовая сверхсовершенная гладь ее глаз сияла, как пара обнаженных океанов, а на ресницах горели алмазы - так украшают лицо непреходящей и вечной слезой существа ненашего рода, но ей принесли их вороны, которых она учила говорить другую тысячу лет. Я переключил интеллект в режим считывания и обратился к таблицам, чтобы спустя мгновение оторваться от них и располагающим движением плеча пригласить любезную подругу прислониться к себе. Я принял облик дракона, наиболее подобающий, с моей точки зрения, для проведения церемонии этого порядка. Эшвастраэль, развалившаяся на диване по другую сторону столика, исчезла в огне и появилась рядом со мной, пощекотав пламенем кожу, что тоже производило великолепный эффект и способствовало удачному началу церемонии. Мы свили наши хвосты и шеи, в неизбывной страсти медленно захлопав крыльями, что сшибали люстры, роняли шкафы, и вот стену прорезала трещина, затем она рухнула и понесся вниз в клокочущую черноту примерного течения потолок, осыпая наши плечи пеплом, летевшим с неба, как снег. Слуга, успевший принять свой истинный облик, носился в темноте вокруг нас, деловито освещая мрак струями пламени, а Барсик, всепонимающий и ничего не умеющий сказать, на высоте шестисот йоджан азартно вращая хвостом, рыл пространство, ибо там наверное почуял субгравитонную нору полевого зверя. Я строил чертоги в рассчете на катаклизмы и поэтому не обращал внимания на временные разрушения, которые затянутся на доме, как на диком животном, когда конструкция дождется подходящего расположение звезд.

Сахарная Циркулятура, словно воплощенная цитадель неизменности, величаво висела среди разбушевавшихся стихий.

-Она открыта. - Прогремел дракон прямо мне в пасть, и повторил то-же самое еще раз, затем еще раз, опасаясь, что окружающий шум способен заглушить слова. Крепким ударом хвоста по спине присоединившегося ко мне существа я дал понять, что расслышал. Предприятие увенчалось ожидаемым успехом, гомогенный огонь нескончаемыми четырьмя реками лился от нас к концам вселенной и ритуал вступал в ту полную сверхдемонического очарования стадию, когда больше нет никого, кто смог бы засвидетельствовать продолжение разгара его, который, по-сути дела, был только прелюдией.

 

Наш кошелек Bitcoin: 19xw3sFQFw7fwHN76yvj38tWA2F8a1a8RT

 

 

MegaЦефалNews (MZN) | Предшествующие выпуски: 600-699 | 500-599 | 400-499 | 295-399 | 195-294 | 93-194 | 0-92

См. тж. Экваэлита, Донна Анна, Candala Media Blog

Из жизни полицая

 

Гостевая книга MZN

 

These sites are created and maintained by Егорий Простоспичкин, all forms and essence defined 1997-2017