MegaЦефалNews (MZN)



# 632

 

Странно выглядящий корабль

 

Этот странно выглядящий корабль, замаскированный под один из тех лежачих камней, которые в тихом омуте не опасаются течи, - на самом деле галера. Обычно я не задерживаюсь на месте, а передав рабов начальнику порта, спешу в свою каюту, дабы отоспаться перед обратным плаванием, в которое выхожу на следующее утро. А обратное бывает потяжелее, потому как по дороге сюда рабы сидят рядком чинно весьма, а назад ежели везешь мертвецов, они как металлолом ходят шатуном при волнении сфер и имеют тенденцию пробить острым локтем их борт посудины или же оторваться при накренении от завязочек, но язык у каждого проглочен и не узнаешь когда оторвутся - ибо живой может прокричать, а помер - и не раскроешь рта.

Их чинют тоже быстро - за одну ночь - или разделяют на двое-трое, смотря сколько заказали. Поэтому я почти всегда в открытом море, только когда не сплю, а кушать мне не дано природой вещей, ну только пропустить если от случая к случаю добрый стакан простого портового вина.

Я к этому порту приписан твердо и больше такого нету, как я. Столько, сколько сделал я для укрепления хозяйства, не сделал никто. Покажите мне любого раба, хоть выкопайте из канавы и пусть он будет в маске или изменит речь его, я доподлинно скажу, сколь часто возил его и к какой работе он больше предрасположен. Меня, если уж говорить откровенно, можно поставить надо всеми, но я своим теперешним положением в целом удовлетворен. А если бы меня поставили надо всеми, я бы многих сгноил.

Понимаете, вон, поглядите вон на того раба - он с виду ничего, но душою так себе, много работает, но и ест тоже много. Я бы его сгноил, так как полно таких. Я вот что думаю - план - план выполнять пятитысячелетний - это честь для каждого, и для меня в том числе, но требуется вдумчивый хозяйский глаз. Ежели все на самотек пущено, то каков будет поток продукции? Он будет никаков. А пущено все, знаете-ли, на самотек - кто-то там не глядя подмахнет бумажку, столько-то рабов дадено, столько-то списано, столько имеется, ну и поделим, сочтем, поймем, умножим и забудем. А хозяин подошел бы с пристрастием ко всякому элементу предприятия. Один хороший раб выполнит работу десяти. Так зачем разделять мертвых на десять и давать в десять раз больше рабов, если можно сгноить девять и найти одного более работящего? Я, конечно, простой перевозчик, но думать умею.

У нас в низине перевозчик был, учитель мой, великого ума - Перевозчик с большой буквы. Он нас, маленьких совсем, учил механически выполнять работу. Вот я и научился там думать собственной головой. Ежели незаменимых нет, то работать надо еще лучше. Ведь самого лучшего еще никогда и никто не менял. Но если бы везде царила эта атмосфера безответственности, то щас нашелся бы кто-то умный и поменял бы одного лучшего на десять. А чего такого - это-же энтропия! Пусть он не умеет править лодкою и благородные там существа опрокинулись переезжаючи - зато их десять у руля!

Но нельзя так, нельзя, это понятно. А с рабами можно. Вот откуда, я полагаю, растут ноги нашей проблемы, что никто ничего не может понять. Все запутались, сидят и смотрят, а понять ничего не возможно. Вроде особенной тревоги не читается в лицах начальника порта. Он просто ничего не может понять. Я так думаю: вместо того, чтобы заигрывать с ходом вещей, лучше взять в руки топор, объявить независимость от всех и повесить штрейкбрехеров на фонаре. Тогда все зашевелились бы. Из низин поднялись бы щупальца поставить все на место. Это я понимаю - хорошо было бы. А то что щас - это говно какое-то. Но я не жалуюсь, а исполняю труд мой, как завещал великий мой учитель, еженощно и всегда сидящий лицом к лицу с Древними.

А нынче у меня случилось странное - я почему и взялся за струны - такое уже бывалоча происходило тридевять веков тому назад, в океане плывуче я обнаруживати незваного гостя в трюме и звать охрану, но гость предъявити удостоверение и мне ничего не быть, кроме отпускать. Нынче же нечто подобное приключилось, за тем исключением, что не стал я звать никого, а поверил на слово и забыл. А потом вспомнил уже в порту, когда началось все это. Я даже подумал, что, может, "вот оно, началось?" - но полной уверенности не было.

Иногда на судно проникают Древние, те, которые не работают, не сеют, не пашут, не наставляют, не считают, не понимают, не умножают и не делят. Благодаря им все существует. Их легко отличить от всего того, что у старых, очень старых, живших очень долго, повидавших кое-чего, имевших плеяду последователей, фигурирует как самая смелая игра воображения. Они путешествуют по мирам и иногда даже теряются в них, но им от этого ничего не бывает. Их могут только задержать, но им ничего не сделать. Даже если они погибают, в их существовании ничего не меняется. Они пролетают, глядя на все своими глазами, и тогда на душе становится понятно, что глядят они сквозь вас. И что они видят? Куда смотрят? Этого никто не знает.

Так вот, во время нашего плавания у ней начались роды. Я, конечно, был к этому готов, поскольку дама на борту - обязательно будут роды. Но все-таки растерялся, так как с одной стороны дама - с другой Древняя. Чем я мог бы помочь, даже если бы решился подойти сквозь эти... ну из ея глаз тянущиеся, вы поняли уже, о чем я.

А в порту, конечно, она со своим отроком вышла и тогда пространство-то начало искривляться. Я смекнул, что двоих таких Древних фабрика-кухня не выдержит, надо что-то выкидывать за борт. Может рабов? Но мои были только привезенные, чистенькие, опрятные - жалко выкидывать. Я вижу, что начальник порта в ужасе бегает, вокруг него служащие с дозиметрами да линейками, ходят меряют длину всех предметов. А длина уже значительно колеблется, так что в их действиях не вижу никакого проку.

А потом вдруг - внезапно, а не так как началось - все закончилось. Прекратила искривляться реальность. Я головой подумал и яснее ясного сделалось: Древняя с Отроком куда-то отсюдова дальше пошли по делам. Вот такая история приключилась. Прыгать за ними? На стареньком моем корабле, на галере вековечной, с полными трюмами мертвых? А если через десять-двадцать миров пошли они, как догнать их? Решил я сдаться и передать инициативу компетентным органам. Мне в это точно соваться не стоило.

Но при всем моем уме, в тот миг меня разобрало любопытство и словно черти потянули за язык мой сказать заклятие отворения границ. Когда не видно ни звезд, ни Пути, и исчезает все, а смертельным ветром твой корабль несет по мертвым волнам в окончательное и неотвратимое Отсутствие, просто произнеси заклятие и если точка невозвращения не преодолена, отыщется один из тех заброшенных миров... Так учил меня наставник... А где один заброшенный мир, там и заброшенные фабрики, беглые рабы, объединяющиеся в профсоюзы и саботирующие производство - у них ты отыщешь выцветшую непонятную карту забытых морей и рано или поздно вернешься на свой маршрут.

Вечером того дня в трактире ко мне подошел человек, одного взгляда на которого было достаточно, чтобы узнать под маскою напускной учтивости и политкорректности, столь характерной для переодетых сотрудников местной охранки, одного из тех адептов Черного Креста, что ставят своей задачей расследование особо тяжких. Если бы речь шла об охранке, то мне следовало ждать обвинения в нарушении неприкосновенности границ, а по-большому счету в превышении моих полномочий, но то-же обвинение от лица Черного Креста означало бы мою фактически не требующую доказательств причастность к преступлениям гораздо более глубокого порядка. Он щелкнул пальцами и заказал двойную порцию виски "Звезды и полосы", бросив на меня проницательный взгляд. Никто, кроме сотрудника охранки, не мог знать - это не входило в сферу интересов Черного Креста, - о том случае, связанном с этим виски. Дело в том, что однажды рабы, под видом мертвых проникшие на корабль, предались, чтобы развеять скуку, пьянству и не нашли ничего более подходящего, чем заблевать Звездами и Полосами половину трюма. Разумеется, эта оплошность была роковой для них - впрочем, неясно, о чем они думали, пытаясь осуществить побег, - но так или иначе, неприятный осадок в душе моей сохранялся и по сей день. Уставившись в стакан, человек сказал:

-То, что я сейчас скажу, возможно удивит вас, но сначала мне следует назвать свое имя и чин. Меня зовут Григорий Тимофеевич Дым. Я агент Черного Креста, служебный номер 142919, прибыл в этот мир по поручению высокого консилиума Черного Креста для выяснения обстоятельств аномалии. Сразу-же хочу предупредить вас, что расследованием вашей преступной деятельности будут заниматься местные органы охраны права и порядка, однако вплоть до окончания моей миссии вы для них не существуете.

-Я должен чувствовать некую эфемерность себя? - Я поднял ладонь к свету, стараясь различить сквозь нее предметы обстановки, и поднял брови. Григорий Тимофеевич не придал моему жесту должного значения.

-В этом мире, - сказал он и покачал в ладони стакан, - стало слишком много рабов. Мы следили за вами...

Я кивнул.

-И не нашли в вашем лице причины для аномалии. Выполнение вами работы отличалось безупречностью. Это вовсе не обрадовало нас, поскольку замена капитана галеры обошлась бы значительно дешевле, чем дальнейшее расследование. Но тем не менее, Черный Крест заинтересован в том, чтобы с хирургической точностью определить истинную причину аномалии и, если потребуется, нейтрализовать ее.

Агент пригубил виски и замолчал, с отвращением смакуя напиток. Я понимал, что мои невысказанные подозрения позволяли бы ему счесть их не более чем прикрытием для более ценной информации, мысленный доступ к которой я блокировал бы. С другой стороны, высказывая подозрения, я не смог бы - по-меньшей мере в силу косноязычия - полностью обнажить маскируемую ими предполагаемо секретную информацию, и поскольку агент тоже это понимал, наличие или отсутствие закрытой информации никак не могло быть связываемо с присутствием открытых версий. Это соображение позволило мне высказать изложенную ранее гипотезу, касающуюся небезупречности методов приписывания рабов к пунктам назначения.

-Вы считаете начальника порта небезупречным? - Выслушав мой рассказ, Григорий Тимофеевич прищурился и покачал головой. - Мы, конечно-же, проверим его, но что-то подсказывает мне наличие другой причины. Нельзя не согласиться с тем, что допустимая погрешность в численности рабов может объясняться небезупречностью ряда исполнителей, но, согласно нашей информации, даже максимально допустимая небезупречность наибольшего числа исполнителей не привела бы к столь существенному увеличению популяции, которая, кстати говоря, вышла из-под контроля...

Я вопросительно поднял глаза.

-Представьте себе пир во время чумы. - Немного усталым голосом, как будто произнося давно заученные и должные быть известными каждому школьнику слова, начал агент. - Представили? Точно таким образом обстоит дело и с популяцией рабов. Те, которые заняты на производстве - их мало и они пир. Другие, которые ничего не делают - их почему-то много больше и они чума. Но беспокоит меня еще вот что...

Он проследил за барменом и наклонился ко мне, тряся стаканом.

-Меня беспокоит подозрение о том, что они там чем-то занимаются. Видите-ли, они должны, согласно правилам, бездельничать, но похоже, что многие из них работают.

-На кого?

Агент залпом выпил остатки виски.

-Я бы тоже хотел это узнать. И вы мне в этом поможете.

Я смекнул, что дело с агентом нечисто, ибо при всем желании показаться глупее, он не мог бы рассчитывать на понимание в деле откровенной лжи. Мне на память пришли истории, что рассказывал наш наставник из низины, про заброшенные миры, в которые долетают обратно детали прежних, навсегда исчезнувших реальностей, и как знать, не был ли Григорий Тимофеевич тем самым "вечным агентом", который потерял связь со своей организацией задолго до того, как та начала быть, и никогда не сможет вернуться. Да и служебный номер его показался мне подозрительным, ведь номера у них идут по возрастащей снизу, то есть 142919-й будет заниматься делами 142919-го уровня, а это уже где-то далеко, может у самого конца или даже там, где уже ничего нет. Это объясняло бы очень странное "желание узнать", оглашенное в том месте, где следовало быть чему-нибудь вроде разъяснения истинного положения вещей.

-Что-ж, я помогу вам, - кивнул я, - и для начала мне потребуется рефрижератор. Как вы уже заметили, в процессе совершения моего преступления я претерпел нечто... некое изменение... очень хорошее... и качественное... Мне нужен большой рефрижератор, чтобы преследовать врагов по всей территории этого мира. Если не будет рефрижератора, то я, увы...

-Понимаю. - Опустил глаза агент. - Рефрижератор достанем. Что еще нужно?

-Деревяшки. Для подпорок... в качестве подпорок я не хочу использовать металл. У меня аллергия... даже часы я никогда не мог носить на левой руке, да и на правой почти не носил... видите, их и сейчас у меня нет.

-Да я вижу, вижу. - Кивал Григорий Тимофеевич, затравленно озираясь.

-У меня и карманов нет! - Я расхохотался, чувствуя Силу, наполняющую мое новое тело. - Они мне не нужны, ведь я... все могу поднять в воздух - что я скажу... вот, смотрите, все что скажу, будет лететь за мной! Зачем мне карманы? На этой планете... в этом мире есть фабрики, я не открою никакого секрета, если скажу вам об этом, вы ведь хотите это знать, не так-ли? Есть тут фабрики, заводы, которыми я управляю силой своей мысли, даже непосредственно сейчас я управляю ими, но не думайте, что мне нужно радио, телефон, спутниковая связь, чтобы управлять - нет, просто я нахожусь сейчас там. Такова привилегия моего нового.... нового состояния, мистер Дым! Чувствуете силу, проницающую важе жалкое дрожащее тельце, выброшенное из-за пределов? Как можете найти, если смогли потеряться? Как хотите расследовать дело, если не ведаете, по чьим следам попали в самую его чертовскую... чертовскую его суть? Поверьте мне, мне не ровня не ведающий своего места, ибо я точен как компас, как великолепная магнитная стрелка, пронзившая непроглядную черноту между мирами и слышавшая, как крались за ней по все еще слабо светящемуся от ее слизи лазу некие слепые котята, уверенные в том, что близость к внешнему концу Всего гарантирует им стабильность, ведь... как вы знаете... чем ближе к ужасающему распаду, тем больше порядка и постоянства, тем более весь материал логичен, подвластен логике трехкопеечной монеты и яичной скорлупы в ступе. Но то место, в которое вы выдрались из дыры, открывшейся в результате моего преступления, совсем не похоже на близкое к ужасающему распаду, я скажу больше - при вашем чине... вашем ранге вы никогда при жизни не мечтали о столь решительном приближении к центрилищу... к гнездилищу Хаоса, гарантирующего нестабильность, приятную душевность и безопасность всех благородных существ... включая тех их них, кому выпал случай купить на распродаже значок принадлежности к ордену Черного Креста, этой странной тени, коею бросает Иерархия на каменистые плато... на так называемые очаги запустения, облюбовавшие для своего почти неприлично счастливого бытования области на правом берегу изначальной реки.

-Значит так, - наморщив лоб, агент делал пометки в блокноте, - деревяшки, это два. Еще что-нибудь потребуется?

-Пусть вся охранка выйдет за пределы городов, за самые... ммм... пределы, и посмотрит в глаза дикому зверю... Вы знаете, я и сейчас, прямо сейчас могу управлять им, я спешу тысячью, бесчисленным множеством горящих глаз, ужасом неисчисляемых силуетов, разевающих ощеренную пасть, я дышу над полями, истекая слюною, трясусь на дорогах, подстерегая напуганного пешехода, я пронзаю убегающего раба своими шипами... То есть, вы понимаете, я так вербую рабов, потому что моя форма поистине превосходна, но чтобы найти источник рабов, мне потребуется все внимание охранки, целого легиона людей в черных шинелях, которых я загипнотизирую, как тысяч представителей десяти тысяч племен и родов, падающих на землю в единой конвульсии восторга, исторгающих стон наслаждения, цокающих языком гурманов, пропускающих через пищеварительный тракт нечто очень чудесное, потому что только предсмертная дрожь очистит взгляды их и приоткроет их жалкие чувства навстречу рождающимся рабам.

-Хорошо. - Агент потрогал вспотевшую переносицу. - Вся охранка за пределы города, это три. Еще чего-нибудь?

-Вы должны будете вывернуться наизнанку, ваше тело должно быть растянуто от горизонта до горизонта, внимая моему прекрасному откровению, чуду... возможному благодаря моей безупречности. Как могло бы появиться - и ради чего - могло бы появиться то, что я собираюсь показать, если бы для сравнения вы не предоставили себя - растянутого через вселенную и настолько малого, настолько ненастоящего, несуществующего, что даже ища потерянную булавку своей госпожи дети не подняли бы его, сочтя за пылинку? Я в моем возвышенном великодушии дарую возможность узнать источник других рабов - взамен я требую малого - рефрижератор, деревяшки, охранка и ваша трансформация.

-Все это будет. - Григорий Тимофеевич затряс головой. - Я сейчас сделаю пару звонков и думаю к завтра все соберем. Трансфигуратор мне спустят с орбитальной станции... Но скажите, как вам удалось столь радикально преступить через праедестинацию? На моей памяти всякое нарушение праведности, отклонение от собственного пути, если хотите от призвания, неизбежно приводило к катастрофе...

-А оно и привело к катастрофе! - Я запрокинул голову и счастливо засмеялся. - И еще к какой! Я взял свою праедестинацию за горло и замахнулся ею на то, что открылось мне в кромешности, застилающей пространства, что не одеты... не ограничены... не населены... не оборудованы... на пространства, воспоминание о которых по сей день навевает на меня холод... холод... леденящий холод. Меня не остановил визг, исторгнутый из пасти борющейся змеи, и я со всей силы нанес удар, метя в голову... И знаете, ПРИРОДА ВЗЯЛА СВОЕ - Там действительно оказалась голова, и обе змеи свились в одну спираль, чтобы, бешенно вращаясь и кольцами разрезая части кромешного внутреннего мрака, соскользнуть до самого дна, откуда нет возвращения... всплывания, а есть только ПУТЬ ПРЯМО и ДАЛЬШЕ. Вот что я... послушайте голос мудрости: нет больше ТОЙ ПРАЕДЕСТИНАЦИИ, которую я в силах был бы нарушить, та змея УМЕРЛА её съела более ДРЕВНЯЯ

 

Наш кошелек Bitcoin: 19xw3sFQFw7fwHN76yvj38tWA2F8a1a8RT

 

 

MegaЦефалNews (MZN) | Предшествующие выпуски: 600-699 | 500-599 | 400-499 | 295-399 | 195-294 | 93-194 | 0-92

См. тж. Экваэлита, Донна Анна, Candala Media Blog

Маребито: эссе о существе кошмара

 

Гостевая книга MZN

 

These sites are created and maintained by Егорий Простоспичкин, all forms and essence defined 1997-2017