MegaЦефалNews (MZN)



# 656

 

Царевич, нашедший силу

Рассказывают, что у одного царевича было все, чего он пожелает. Хотя чего желать, ну подумайте сами, если все уже надоело? Ведь стоит только начать желать, уж близок день, когда исчерпает себя этот аттракцион, станет постылым, как белая простыня, если ту разглядывать всю вечность напролет, не смыкая глаз.

-Это-ли результат учений моих и ночей, проведенных в лабораториях придворных шутов? - Бывало восклицал царевич. Тяготила его печаль ото всех забав, ничто больше, ни деньги, ни женщины, не возбуждало веселой озорной искры у него в душе. Даже сладкие вина начал он ненавидеть, и повелевал самые лучшие образцы разливать народу на площадях, чтобы люди пьянели заместо него самого.

Надо-ли говорить, какой великой царевич пользовался популярностью в широких кругах? Его, конечно, эта слава оставляла безучастным, он зевал, вместо того, чтобы как-нибудь кривить губы.

"Отомщу-ка я просто так батюшке моему, который мне хочет царство оставить. Может быть это хоть на миг развеселит меня." - Подумал он однажды вечерком и велел демонам, что служили ему, принести отменного яда, который налив в бокал, принялся подносить к губам своим.

Вдруг откуда ни возьмись от окна подходит к царевичу князь преисподней, стало быть, не рядовой служака, и возможно тут намечалось кое-что интересное, но царевич с полным равнодушием взирал на рогатого.

-Мне по роду занятий, - обратился к нему князь, - интересно понаблюдать за вами, если вы не против.

-Пожалуйста. - Отстраненно кивает царевич и продолжает пить яд. Князь усаживается в кресло, ногу на ногу, и голову немного наклоняет, чтобы лучше видеть. Потом откуда ни возьмись еще пара демонов, по виду знатных каких-то, заявляется, потом еще дюжина, и так пока все покои ими не заполняются. Сидят они в креслах, на диванах, на подоконниках, некоторые прямо на столе развалились, и наблюдают за царевичем, как будто опыт какой ставят. Честно говоря, не понятно, чего они хотят, но в воздухе чувствуется запах формалина.

Наконец царевич испустил дух и тогда слышится какой-то грохот, словно кто-то опоздывает. В окно влетает барышня с копытами и идет прямо к царевичу.

-Устал я, - говорит тот, обращаясь к собравшимся, - от надзора царского, от интриг придворных. Не дают мне управлять демоническими князьями, только мелочью всяческой, магические ограждения вокруг меня обустроили, связали по рукам и ногам. Теперь... - с этими словами он обращается к барышне, - теперь я хочу быть царем всекосмическим и чтобы вы все мне служили.

-Что-ж, быть по твоему, - скромно склонив рога, отвечает ему княгиня, - поехали осматривать твои новые владения.

Толкает его в грудь и одежду с себя сбрасывает.

-Цепляйся, - говорит, - членом царским за меня и ни о чем не беспокойся.

Долго-ли коротко-ли, цепляется царевич членом за одно углубление в теле княгини и руками за бока ее придерживает. Та над ним нависла и глаза постепенно закатывает, вокруг шум поднимается, как будто от тысячи турбореактивных машин. Другие демоны спокойственно наблюдают за всем этим и делают у себя пометки. Грудь у нее острая, на ощупь ранящая весьма сильно, так что с пальцев у царевича кожа, будто бы от ожогов, слазит, но он терпит и слегка только подмигивает княгине, мол, полетели.

Взлетают они сквозь потолок, четыре этажа с дворца смахивают, словно и не было их, поднимаются вертикально вверх, на земле все значительно уменьшается, если назад поглядеть. Вот уж облака близко, потом в облаках туман, они его пролетают и к темному небу устремляются. Подлетают к небу, вот-вот чернота начнется. С удивлением смотрит царевич то на небо, то на княгиню, но та таинственно скалится, думая о чем-то своем и глазками блуждая, словно в неге.

-Не ожидал такого, царевич? - Приблизив лицо, говорит она спустя некоторое время. А и правда, над небом-то черным потолок открывается - не ожидал царевич такого поворота событий.

-Смотри, если отцепишься, упадешь с высоты, а я тогда позову остальных и отведаем мы тебя на совместной трапезе, на том тет-а-тет наш закончится. - Смеется она. Пуще прежнего царевич членом цепляется за княгиню, а руками покрепче обхватывает ее. Живот у ней горячий, а ноги, как железные печи.

-Не помогут тебе руки твои, о царевич, не ту ты ими обнимать надумал. - С этими словами из боков лезвия на одно только мгновение она выпускает, так что можно было и не заприметить этого момента. Но отваливаются руки у царевича и летят вниз. После этого случая старается он держать ноги подальше, а тем временем княгиня разгоняется и в виражи входит, так что дух захватывает.

-Отчего-же, царевич, не управляешь полетом моим? - Кричит она и внезапно входит в пике. Напрягается царевич, а рук-то нет - как рулить княгиней, как взять бразды правления? Весь исходит он то холодным, то горячим потом, но твердо знает одно - если упадет, то позором себя покроет, а это хуже, чем смерть.

Влетают они прямо в землю, сквозь магмы плывут, сквозь скалистые породы, сквозь слои магнитные и карстовые пещеры, пока не вылетают с той стороны - княгиня хохочет, видно по-настоящему весело ей в полете этом дьявольском, а царевич хранит молчание. Видит птиц он над землями чужими, окрашенными в цвета и оттенки, каких глаз еще не видел при жизни и при умирании, и птицы те ни на что не были похожи, долго-долго летели птицы вослед, пока не отбились.

-Отгони птиц, о царевич, ибо по душу твою они преследуют нас. - Слышались слова княгини.

Промелькнули внизу города невиданной архитектуры. Люди какие-то по ним ходят, живут своей жизнью.

-Не хочешь ли спуститься и промочить горло на почтовой станции, царевич? Если да, то направляй меня вниз. - И летит себе дальше, из-под копыт искры на полнеба, словно две кометы в воздухе, если б снизу поглядеть. Одним прыжком перепрыгивают они с царевичем через горы, а там на вершине дворец сияющий.

-Что-то я запамятовала, в каком мы сейчас регионе владений твоих, - морщит носик княгиня, - не напомнишь? Мне бы отдохнуть и поспать чуток, а дворец там внизу - коли надумаешь дать отдых служанке твоей, направляй вниз.

Царевич головой качает и только знай членом цепляется за княгиню. Летят они дальше, вращаются.

Пролетают над реками, в которых кровь течет вместо воды; видят внизу моря и океаны, по коим разбросаны острова. Живут на островах полутени-полурыбы, выброшенные на берег после долгого плавания - взирают страшными очами наверх, взывают к богам. Но лишь мгновение проходит - и океаны уже позади.

-Там на островах живут те, которые решили искупаться в водах забвения. В твоем царственном сострадании не хочешь ли ты спуститься и даровать им память?

Так путешествовали они триста лет и тридцать три года, а затем еще два раза по столько-же, пока не начал царевич ощущать слабость во всех органах своих. То-ли это потеря рук давала о себе знать, то-ли что-то еще, но член уже не мог с прежней силой цепляться за одно углубление в теле княгини.

-Неужто ты устал, царевич, - оглядывает она его и качает головой, - тело твое высохло и глаза сделались какими-то тусклыми. Не пришлось бы мне краснеть за тебя, когда станут поедать тело твое.

-Многое я понял за время нашего путешествия, - слабым голосом отвечает царевич, - и уяснил, что честолюбивые мечтания мои не имели ровно никакой цены. То, чего я не смог добиться властью, я достиг силой, удерживавшей меня в этом полете. Каждый миг этого путешествия был достоин того, чтобы удивить меня, этого хватило бы на долгую жизнь, посвященную самозабвенному изучению предмета. Прежде чем моя сила иссякнет, я хочу попросить об одном, хотя в этом случае и нельзя говорить об одолжении, но сделай одолжение и не подпускай других к месту падения тела. Я не хочу достаться никому, кроме тебя, и поэтому съешь меня целиком.

-Я подумаю. - Холодно отвечает княгиня и дает послабление хватке. Выскальзывает царевич из углубления и летит вниз, последнюю силу черпает он из резервов и наполняется ею, он даже начинает светиться перед самым столкновением.

Птицы кружат вокруг, не смея приблизиться, их пугают сгущающиеся тени - тени десятков крыльев, несущих тех, которые сопровождали княгиню в ожидании этого момента. Та кажется безучастной и уже исчезает за горизонтом, когда тело царевича озаряется инфернальным светом, вспыхивает на миг и становится неразличимым среди земель. В то самое мгновение княгиня решает вернуться, ее летящее тело ощеряется шипами, она приземляется подле тела и немигающе смотрит на готовых приступить к пиршеству демонов.

Те деликатно отступают. Никто из них не посмеет получить то, что принадлежит ей. Она облизывает тело, прежде чем заглотить его целиком, и глаза ее подергиваются пленкой. Она чувствует приятное, но столь мимолетное тепло в животе.

 

Наш кошелек Bitcoin: 19xw3sFQFw7fwHN76yvj38tWA2F8a1a8RT

 

 

MegaЦефалNews (MZN) | Предшествующие выпуски: 600-699 | 500-599 | 400-499 | 295-399 | 195-294 | 93-194 | 0-92

См. тж. Экваэлита, Донна Анна, Candala Media Blog

Масло Абрамелина

 

Гостевая книга MZN

 

These sites are created and maintained by Егорий Простоспичкин, all forms and essence defined 1997-2017